27. Столица республики

В пути от Измира до Анкары пересекаешь две совершенно различные природно-климатические зоны: сначала средиземноморские субтропики, затем полупустынную степь. Сразу за измирскими окраинами раскинулись обширные плантации табака хлопка — латифундии земельных магнатов. Мелькают сады, огороды, бахчи, виноградники; тянутся тутовые, инжирные, оливковые рощи. Еще раз воочию убеждаешься, что не зря Измирский вилайет считается самым богатым сельскохозяйственным районом Эгейской области. Здесь сосредоточена основная масса оливковых насаждений страны, по площади которых (600 тысяч га) Турция занимает третье место в мире — после Испании и Италии. Развито здесь и пчеловодство. «Оливковое масло течет с гор, мед заполняет долины», — говорят турки об этом благодатном крае. И это не только образное выражение: от древних времен кое-где сохранились мраморные желоба маслопроводов, по ним сливали масло, добытое из оливок, собранных на горных склонах.

Эгейские пейзажи удивительно напоминают Крым. Когда едешь по автомагистрали от Измира, в памяти невольно возникает крымское шоссе Алушта — Симферополь. Вокруг те же невысокие горы, пересеченные долинами, виноградники и сады, залитые солнцем, шеренги пирамидальных дополей вдоль речушек. Отличие только в типе поселков и домов, облике людей: над крышами турецких селений торчат минареты; дома на улицу выходят глухими, без окон, стенами; в полях, садах, виноградниках копошатся турчанки, одетые пестро, в цветастые шаровары и рубахи.

Приложение авиабилеты

Начиная от Домлупынара, небольшого местечка, известного тем, что во время войны за независимость Турции под ним произошло одно из крупных сражений, ландшафт резко меняется за какие-нибудь 10—15 минут. Начинаются однообразные картины сухой степи с рыжеватыми и белесыми холмами, редкими селениями. Уже не видно виноградников, табачных и хлопковых полей. Почти совсем нет травы. Лишь местами сохранились отдельные кустики — серые, бурые, зеленоватые. На крестьянских наделах лошади тянут плуги: идет осенняя пахота под озимые злаки. Редко-редко встретишь трактор — значит, это поле помещика или кулака.

Иным становится и облик деревень: дома уже не с двускатными черепичными крышами, а с плоскими глинобитными. Сами жилища какого-то серого запыленного цвета, как цемент. Даже редкая зелень приусадебных участков и тополей у арыков имеет сероватый оттенок... Оживляют степной пейзаж только стада овец, коз, иногда коров.

Чем ближе к Анкаре, тем, как ни странно, реже населенные пункты. Последние двадцать километров вокруг все пусто. Дорогу разнообразят лишь рекламные щиты иностранных нефтяных компаний: «Мобил» — красный крылатый конь, нечто вроде Пегаса, «Шелл» — желтая ракушка. Попадается символ и турецкой «Петроль офиси» — красный волк с разинутой пастью, из которой рвется язык пламени.

Анкара возникает внезапно, как бы вынырнув из-под земли на поверхность степи. Кварталы городских зданий неожиданно сменяют прежний однообразный пейзаж. Анкара — самый большой город Анатолии: в нем живет более двух миллионов человек.

«Нечаянная столица, этот бивуак Мустафы Кемаля-паши» — так писала об Анкаре 20-х годов Лидия Сейфуллина. Действительно, тогда это был захолустный городок Ангора, в котором жило не более тридцати тысяч человек. Единственное, чем он славился, так это, пожалуй, знаменитыми ангорскими козами и не менее известными ангорскими кошками — белыми пушистыми, с голубыми глазами.

В первое время после перенесения столицы Турции из Стамбула в Анкару (об этом было официально объявлено 13 октября 1923 г.) иностранным дипломатам пришлось селиться в старых караван-сараях, в комнатушках, беленных известью и обогреваемых мангалами. Некоторые западные послы заявляли протесты и предпочитали жить в международных спальных вагонах на вокзале. А многие дипломаты объявили своеобразный бойкот новой столице и не переезжали из Стамбула в Анкару. Возможно, поэтому Ататюрк прежде всего распорядился оказать содействие в постройке посольских зданий. Начали возводить и правительственный квартал. Так возникло посреди пустынной степи ядро новой турецкой столицы.

После анатолийских степных просторов вы попадаете в типичный современный город. Сегодняшняя Анкара — это образец чисто европейского градостроительства, воплощенного в жизнь почти в центре Малой Азии: прямые проспекты, широкие площади, зелень старательно ухоженных бульваров и парков, красивые многоэтажные здания, большие магазины, небоскреб — восемнадцатиэтажный отель «Анкара», построенный западногерманской фирмой... С юга на север город прорезан главной магистралью — бульваром Ататюрка. Вдоль него идут корпуса Анкарского университета и других учебных заведений столицы. Анкара — крупный культурный центр. Здесь много научных обществ, театров, объединений писателей и поэтов.

На юге города, в правительственном квартале расположены президентский дворец Чанкая — розоватый дом, утонувший в зелени сада, огромный комплекс зданий парламента — Великого национального собрания Турции, здания министерств, особняки посольств.

Одно из лучших творений современных турецких зодчих — мавзолей Ататюрка, Аныткабир. Усыпальница, сложенная из желтого туфа, имеет вид храма строгой прямоугольной формы, окруженного четырехгранными гладкими колоннами. Аныткабир стоит на высоком холме в центре Анкары и виден издалека: днем — освещенный лучами яркого солнца, ночью — подсвеченный изнутри светильниками. Этот простой и величественный монумент хорошо вписывается в просторы анатолийской степи.

К мавзолею ведет широкая прямая аллея, обсаженная деревьями, присланными из всех климатических зон страны, — кипарисами, соснами, голубыми елями, багряником. Она вымощена квадратными каменными плитами, между которыми оставлены узкие щели, поросшие травой; из плит и травы складывается четкий ковровый рисунок. По обеим сторонам аллеи стоят парные изваяния львов, выполненные в хеттской манере. Высятся скульптурные группы, символизирующие Свободу, Независимость, Мир. Перед мавзолеем широкая площадь, где царит тишина, нарушаемая лишь мерным шагом почетного караула н короткими командами разводящего...

Внутри Апыткабир отделан серым мрамором. Высокий потолок пересекают массивные балки с позолотой. В центре зала стоит саркофаг с прахом Ататюрка. На стенах выгравированы изречения и заветы основателя Турецкой Республики, ее первого президента: «Власть без всяких ограничений принадлежит народу», «Мир в стране и мир в мире» и др.

Внн мание посетителей привлекает обращение Ататюрка к турецкой молодежи:

«Турецкая молодежь! Твой первый долг — всегда беречь и защищать национальную независимость, Турецкую Республику.

Это — единственная основа твоего существования и твоей будущности, самое ценное твое достояние. И в дальнейшем внутри страны и за рубежом найдутся недруги, которые захотят лишить тебя этого достояния. И если однажды тебе придется встать на защиту независимости и республики, то, выполняя свой долг, ты не должна страшиться тех трудностей, которые возникнут перед тобой, какими бы непреодолимыми они ни казались. Враг, покушающийся на твою независимость и республику, может одержать победу, какой еще не знал мир, он может силой и хитростью захватить все крепости и арсеналы, разбить все войска, оккупировать всю страну. Может сложиться еще более тяжелое, драматическое положение. Люди, стоящие в стране у власти, могут оказаться беспечными и недальновидными правителями, даже — предателями. Хуже того, они могут объединить свои личные интересы с политическими целями оккупантов. Нация может оказаться истощенной, разбитой и подавленной.

Турецкая молодежь будущих времен! Даже в таких условиях, при таких обстоятельствах твой долг — спасти национальную независимость и Турецкую Республику! Сила для этого — в той благородной крови, что течет в твоих жилах!»

Эти слова вдохновляли турецкую молодежь — студентов и молодых офицеров — на борьбу против диктатуры Мендереса, предавшего национальные интересы Турции в угоду империалистам. Они продолжают вдохновлять всех истинных патрио-тов-турок на борьбу за лучшее будущее своей родины, за ее подлинную национальную независимость и свободу...

На севере столицы Турции стоят два холма, усыпанных домишками, похожими на сакли. Это остатки старой Ангоры. Здесь все сохранилось таким же, каким было, наверное, лет сто тому назад: искривленные улочки, скопления лавочек, кофейни, чадные шашлычные, источающие острый запах жарящейся на углях баранины, лука и перца, традиционный азиатский базар... Рядом с базаром — скопище пузатых арб с громадными деревянными колесами, волов, буйволов, ишаков. На одном из холмов сохранились и более древние свидетели прошлого — развалины римского храма, римских бань и старинная цитадель, которую не смог взять Тимур, хотя он разбил под Анкарой османскую армию и пленил султана Баязида.

Полукольцом вокруг Анкары расположился и «третий город»— районы «гедже конду». В них живет до 65% анкарцев... Эта доля значительно выше, чем в Стамбуле (45%) или в Измире (36%). Столица притягивает к себе многих переселенцев^ из деревень — бывших батраков и разорившихся крестьян, которые надеются здесь поправить свои дела, найти работу. Почти все они оседают в этих трущобных районах. Анкара разрастается вширь в основном на «уровне земли», т. е. застраивается стихийно возникающими одноэтажными домишками. Происходит эдакая «псевдоурбанизация»: расползающиеся окраины заселяются гуще, чем городское ядро. Прибывающий из сельских местностей люд кроит новый город по своему собственному разумению, что чревато обострением и социальных проблем. Как пишет Дэвид Хотхэм, под носом у богатых кварталов расстилаются 'Пролетарские районы, как бы берущие их в клещи,, и тусклые огни трущоб светят в ночи, словно походные костры враждебной армии, окружившей город...

Начать обучение
Русско-турецкий разговорник
Краткая история Турции в датах
Красивейшая страна — Турция

Яндекс.Метрика